М.А Куропацкий " О кадровой чехарде..." - vch46180 - сайт военнослужащих,проходивших службу в войсковой части 46180

Перейти к контенту

Главное меню:

М.А Куропацкий " О кадровой чехарде..."

О кадровой чехарде. Некоторых эпизодах своей службы в части и не только .                   О превратностях      судьбы офицера                                                                                                                  Выше я писал, о недостатках и трудностях, с которыми я столкнулся вначале своей службы на Байконуре. Мои воспоминания будут не полными, если я не скажу и об основной причине их появления. Прошу отнестись к написанному, мной ниже, как моим личным воспоминаниям происходящего тогда, и не более того. Каждый из нас может оценивать события по- разному. Но я твердо убежден в том, что отсутствие должной кадровой работы является одной из главных, а вернее главной причиной всех недостатков не только в моей команде, но и других командах. Пусть не обижаются кадровики части, управления, говоря о кадровых органах, я имею ввиду, полигон и выше. Да, по вопросам дисциплины объективно можно винить  мехлисов  из Политуправления РВСН и  Главпура. Это они разрабатывали и высылали в войска директивы, вводили критерии оценки частей и подразделений. Но они находились далеко, в Москве. Основная вина за многие недостатки лежит на начальниках отделений, команд  и выше. Я уж не говорю об инженерах отделений, т.к. у них и должность называлась инженер отделения. Хотя по статусу это командир взвода. Свои выводы я буду обосновывать на примере 13 команды и 1 группы.

В августе 1978 года из 4 начальников команд 1группы, 3 были выпускники  ВИКИ А.Ф.Можайского.  Начальником 4 команды, был недавно назначенный старший лейтенант  Лебеденко  А.И..  Командование  группы тоже было непродолжительное время в должности. Первоначально начальником одной из команд , а именно 11 планировался выпускник ВА им. Куйбышева. С  его назначением связана с одной стороны смешная с другой поучительная история, как человек может определить свою судьбу. С  этим капитаном, выпускником  ВА им. Куйбышева 2 августа я вместе представлялся командиру части, подполковнику Иванову Ю.И. Юрий Иванович предложил нам до обеда ознакомиться с площадкой, побывать в расположении своих команд, а в 13,00 прибыть к нему и он официально представит нас начальнику группы. Так получилось, что до обеда я пробыл в санчасти, была высокая температура. В 13,00 я вместе с лейтенантами, прибывшими в этот день, прибыли в кабинет командира части. Капитана с ВА им. Куйбышева, будущего  начальника 11 команды не было. Командир с удивлением спрашивает, где начальник 11 команды. Из присутствующих в кабинете никто не знает. Оказывается, он сходил в казарму, посмотрел все недостатки, возможно пообщался с кем то из своих знакомых, узнал что за часть и рванул в отдел кадров полигона и в 13… позвонил Иванову Ю.И. Командир взял трубку, капитан ,что то сказал командиру и Юрий Иванович говорит, ну хорошо, мы вам дадим другую команду, на что капитан сказал(со слов командира),да я вообще не хочу служить в вашей части. Командир обозвал его наглецом и положил трубку. Капитан был назначен в соседнюю часть и через год получил орден    За службу Родине в Вооруженных Силах 3 степени,  хотя был начальником всего лишь команды по обслуживанию технических систем 200 площадки. Отдел кадров полигона, как в шахматах произвел рокировку, этого капитана туда, другого оттуда. Этим другим оказался мой однокашник по 2 факультету Можайки, Розанов Владимир  Валерьевич, с которым я 4 года учился ,часто сидел за одним классным столом. Надо сказать, что Володя и я должны были после выпуска вообще остаться в ВИКИ курсовыми офицерами. Но перед самым выпуском ,что то переиграли, возможно нужны были начальники команд, и мы вместо Ленинграда оказались в Ленинске (корень слова один и тот же).Не знаю, говорил ли ему что то начальник ВИКИ на мандатной комиссии, но по мне генерал- полковник услышав, что  я должен был быть курсовым офицером сказал, ничего, пусть послужит там, наберется опыта, позднее мы возьмем его на более высокую должность. Я стоял и думал, зачем в таком высоком  звании, давать какие- то обещания, ведь  мы видимся в последний раз. Как ни странно судьба еще раз свела меня с генерал-полковником и давала мне шанс, но я им не воспользовался. Через несколько лет начальник ВИКИ им.А.Ф Можайского генерал-полковник Холопов приехал на 95 площадку, для встречи с выпускниками предыдущего года. Я вызвался даже отвести лейтенантов в клуб Протон, с мыслью напомнить о себе. Сел в первом ряду, помню. даже вопрос задал, наивно думая,  что генерал-полковник вспомнит какого -то бывшего старшего лейтенанта. После встречи подойти и напомнить генерал-полковнику об обещании, наглости не хватило. Не знаю, как бы он отреагировал, все-таки генерал-полковник.

Таким образом, начальниками команд 1 группы на август 1978года были:

-11 команда -   капитан-инженер  Розанов В.В.

-12 команда -  капитан-инженер  Бугай А.Г.

-13 команда-капитан-инженер Куропацкий М.А.

-14 команда -  старший лейтенант  Лебеденко А.А.

Начну свои размышления с первых 3-х,  Лебеденко А.И. не в счет, он  как раз был назначен, проходя службу в своей команде начальником отделения. В 1979 году после его поступления в ВА им. Дзержинского начальником 14 команды был назначен опять выпускник ВИКИ им. А.Ф.Можайского капитан-инженер Левыкин Ю.П.Так было до 1980г, когда начальниками команд новой группы были назначены все те же выпускники ВИКИ.

Неужели мы выпускники, служившие ранее в разных видах Вооруженных Сил, я в Войсках ПВО страны, Розанов В.В. в авиации, Бугай А.Г.кажется в РВСН. без практического опыта службы на полигоне, могли, что- то сделать лучше. Да и готовили нас как инженеров - испытателей. Между прочим ,Володя Розанов закончил ВИКИ с красным дипломом (или почти с красным), я без натяга защитил дипломную работу по  спецтеме на отлично, сдал государственный экзамен по словам председателя подкомиссии блестяще. Когда встал вопрос о рокировке оценок мне 4, а кому то 5,председатель подкомиссии не пошел на уговоры даже начальника факультета. В конечном счете, поставил 5 обоим. Как то во время очередного запуска на  КПП 90 площадки встретил генерала с ВИКИ им.А.Ф. Можайского, который проходил стажировку на полигоне. Разговорились, увидев у меня повязку на рукаве НШ БР, он сказал, мы же не готовим штабных работников. Что я мог ему сказать. Это я написал для тех, кто любил говорить, кто на что учился.

Но вернусь к теме. Что среди сотен, тысяч офицеров полигона не нашлось достойных и главное желающих получить майора? Конечно, нашлось бы и даже гораздо больше, чем  было нужно. Можно было бы проводить конкурс на замещение планируемых вакантных должностей, иметь даже резерв. Это можно было сделать даже в части. Сколько было хороших, грамотных, достойных капитанов, но все пресловутая  дань моде, высшее образование (сейчас можно было купить диплом в переходе метро). А тогда, к примеру в штатной сетке было записано, начальник команды- майор-инженер. И кадровые органы слепо выполняли эту установку. Потом наверху поняли, до кого- то дошло, и приставка приказом МО СССР в 1983г была упразднена. Я иногда шучу, звание майор мне присваивалось 2 раза. Тебя что разжаловали, спрашивают,  да нет. Сначала я был майор-инженер,  затем просто майор, даже записи в удостоверении личности две.

Так вот, чтобы найти достойных, всем, начиная с группы и в первую очередь кадровым органам надо было работать и думать по вопросу перспективного роста офицеров. А работать и думать никто не хотел. Главное были запуски, дела до какого - то капитана без высшего образования никому не было. Возможно в первой группе, части до 1978 года и планов перспективного роста офицеров не было, а если и были, то не выполнялись. Я заметил начальники команд, как правило, назначались из своих групп или выпускники, как правило , ВИКИ. Получалось из другого вида Вооруженных Сил можно, а из другой группы своей части нельзя. Все вероятно ссылались, на какую- то специфику работ. Как будто мы, выпускники, знали эту специфику. Парадокс, если не сказать больше. А мне кажется, для кого- то было зазорно показать свою бездеятельность по кадровым вопросам, легче было сделать заявку на выпускников. Но зачем искать в других группах, частях. Возьмем 13 команду. По штату 8 капитанов. Что из 8 капитанов или старших лейтенантов никто не мог возглавить команду и не допустить тех недостатков, о которых я писал выше. Конечно, могли, но одни не хотели,  другие не назначались. Ну, прямо классическая революционная ситуация. Насчет тех, кого не хотели назначать кадровые органы, я напишу немного ниже. Насчет тех, кто не хотели идти на команду, ответ прост.

Первое. Спрос на всех уровнях шел только с начальников команд. Все тот же пример моего однокашника из 44108..Офицеры, находящиеся на должности начальника команды превратились в мальчиков для битья. Рабочий день для многих начинался с первым мотовозом и заканчивался последним, с 7.00 до 23.00 соответственно.

Второе. Многие назначенные на должность начальника команды зависали на этой должности. Рано или поздно, что- то случалось. Вопрос назначения на другую должность естественно откладывался, иногда надолго.

Третье. Находясь на должности начальника команды, офицер действительно терял техническую квалификацию. Постоянно занимаясь личным составом, воинской дисциплиной, различными хозяйственными проблемами, ремонтами и т.д., он не мог все физически охватить   и в конечном итоге терял авторитет, как будущий инженер-испытатель. Сначала, командование части не отпускало, а затем в управлении не хотели брать. Ниже я напишу, как сам пытался уйти в управление.

Но вернемся к команде. В августе 1978 в команде не было одного из пяти начальника отделения, не то что капитана, а вообще. Как могли произвести назначение начальника отделения и даже не важно, на какую должность, не предусмотрев замены, как говорят срабатывания цепочки назначений, ну хотя бы лейтенанта, выпускника. Это ,как раз подтверждает 1 пункт. За все ответит начальник команды. Я думаю в 37-м году, всех виновных в этом и в том, о чем пойдет речь ниже обвинили в саботаже и срыве боевой готовности.

Что касается тех, кого не хотели назначать  без высшего образования. В соседней группе, расположенной выше этажом, 2 группе из  5,  3 начальника команды не имели высшего образования. Командование группы, за исключением начальника, подполковника Петунина В.С., а с его увольнением в запас, все не имели высшего образования. Но там вероятно думали, там возможно и план перспективного роста офицеров  был. Каждый офицер, вероятно, знал, когда и куда он будет назначаться. Все офицеры в группе, как правило, росли по службе в своих подразделениях, они действительно знали специфику своих подразделений. Как показывала практика , там и порядка было больше, по крайней мере, не было вопиющих, кричащих недостатков на то время. К слову сказать, мой первый командир дивизионов, под Минском, тоже не имел высшего образования, но дивизион один из 4,был отличным. Занятия с офицерами по боевому применению ЗРК С-200 он проводил, как преподаватель академии. Впоследствии был назначен начальником штаба группы дивизионов ЗРК С-200. Для меня он был эталоном для подражания.

Но возвращаюсь к отсутствующему начальнику отделения, занимающегося обслуживанием мостовых кранов и перегрузкой РН. Новому начальнику группы Кравченко Вячеславу Васильевичу пришлось самому разруливать, сложившуюся ситуацию. Начальника отделения нет, я не допущен к самостоятельной работе, исполняющий обязанности начальника отделения,  на то время лейтенант Савочкин А.Н. ,сам за рычагами мостового крана. Хорошо, что Вячеслав Васильевич по службе рос в 1 группе и лучше всех знал технологию всех работ на площадке 90. Может ему по должности, надо было только лично присутствовать при перегрузочных работах с  РН, но он был и руководителем этих работ, так как больше некому было. Если бы не Вячеслав Васильевич, могла возникнуть тупиковая ситуация, ходили бы по залу 5 сооружения и смотрели друг на друга. К чему может привести, когда за выполнение работ берется начальник, который не знает всех тонкостей, я напишу на примере своего командира стартовой батареи под Минском. Сначала о том, что начальник группы должен присутствовать при таких видах работ. Как то я проводил перегрузку боевой ракеты с ПУ на транспортно-заряжающую машину (ТЗМ), что- то похожее на ТУА. Лесом, мимо проходил новый командир дивизиона, увидев проводимые работы на своем старте, подполковник не пришел, прибежал и спрашивает вы, что тут делаете? Я доложил, что произвожу перегрузку ракеты с ПУ на ТЗМ. Ты что один, я понял вопрос, но говорю, нет, с расчетом. При такой работе должен присутствовать я, говорит  комдив. Впредь, докладываешь мне, и я подойду. Недели через 2 звоню командиру дивизиона на КП и докладываю, товарищ  подполковник, для проведения регламентных работ, необходимо снять ракету с ПУ, прошу на старт. В трубке замешательство, чувствую, идти не хочет. Затем , Михаил, ты там по аккуратней, мол выполняй без него. Как будто я и сам не знаю, что ракета боевая и в случае падения, в обволовке  ПУ никого не останется. Сейчас не смог бы (хотя помню все) , побоялся бы и ответственности и ….А тогда напряжение было, но страха не было. Так до отъезда в Можайку и работал. Но это не самое главное.

Как то я отсутствовал. Перед приездом Главного генерального инспектора Вооруженных Сил Маршала Советского Союза Москаленко, в конце марта 1973, командование группы дивизионов решило проверить БГ дивизиона, стоящего на боевом дежурстве. Меня, как прошедшего боевые стрельбы (командир нашей батареи в стрельбах не участвовал, была подмена), имевшего уже 1 класс, обычно направляли для проверки стартовых батарей. В этот раз проверку проводилась  с 5 до 9 утра. Закончив проверку и доложив рапортом ее результаты начальнику штаба группы дивизионов, я пошел к себе на старт. Думаю сейчас, поставлю задачу сержантам, а сам пойду в технический дивизион за ТЗМ, надо все проверить и у себя, в первую очередь ПУ С ракетами, заряжающих машин на нашем старте не было. Подойдя к своему старту, вижу, около ПУ №3 с ракетой, стоит ТЗМ. Вот думаю, комбат молодец, сам получил ТЗМ, он это делал, только когда я был в отпуске. К слову сказать, мой командир стартовой батареи ,был ровесник начальников отделений моей будущей команды. Для меня,23-х летнего лейтенанта ( летом того года получил старшего),  38- летний майор, казался уже довольно пожилым, разница  все таки в 15 лет. Так вот подойдя к ПУ №3,вижу картину. ТЗМ  состыкована  с ПУ, сержанты и солдаты, в какой то растерянности, комбата не видно. Спрашиваю  сержанта, что случилось. Он бедняга говорить не может, а только рукой показал. Я поднимаю голову вверх, и о боже!!! Между отсеком с боевой частью и баковым отсеком трещина. Я поднимаюсь на ПУ, носовая часть нижнего стартового двигателя лежит в желобе ПУ, ракета не падает только потому, что уже лежит на ложементе ТЗМ. Первая мысль была сержант, не дождался меня и один с расчетом проводил работы. Спрашиваю, кто руководил, сержант говорит комбат, где он, побежал докладывать. Картина жуткая и главное не предсказуемая. До прибытия начальников пытаюсь понять, как могло такое случиться. За те несколько минут, что у меня были, понял, раньше времени был отпущен рычаг “Бугель отстопорить”. Спрашиваю солдата, почему отпустил раньше времени рукоятку,  говорит, комбат сказал. В принципе то, что произошло, случиться, не должно было. Наша техника была хороша и тем, что имела защиту от” Вань д…”Но ведь случилось! Не успел до конца разобраться, вижу, бегут, командование группы дивизионов, командир дивизиона, его заместитель по РВО. Начальников собралось  много, подошли командиры всех дивизионов, но никто пока не знает, что делать дальше, как поведет себя ракета, солдат сразу убрали. Вопрос ,как могло такое случиться, даже не обсуждается. Пока шло обсуждение на местном уровне, подъехало  из  Минска командование бригады и заместитель главного инженера  2 отдельной армии ПВО, все полковники. Со старта убрали всех лишних. Времени уже прошло 2 часа. Шоковое состояние уже прошло. Посчитали, если бы был возможен взрыв, он уже прогремел бы. Начинается анализ, что произошло. С солдатами и сержантами уже работает особист. Руководство берет на себя армейский полковник, как представитель 2 ОА. Он  спрашивает, как могло такое случиться, все молчат, тогда он спрашивает, кто руководил перегрузкой, комбат естественно докладывает, что он. Ему тот же вопрос, Комбат тоже молчит. Тогда полковник спрашивает, где командир ПУ. Вообще то я командир стартового взвода и у меня 6, таких ПУ, но я понял, вспомнили обо мне, до этого я стоял в стороне. Подошел к полковнику, представился. Полковник говорит, докладывайте вы. Каждый, кто был лейтенантом, поймет, мое внутреннее состояние тогда. На меня смотрят с напряжением мои начальники, ведь они не знают, что взбредет мне в голову доложить. Вероятно, от доложенного мной будет зависеть ход дальнейшего расследования, возможно, будет возбуждено уголовное дело, ведь ракета боевая и неважно, что дивизион не на боевом дежурстве. Да и мне особенно было нечего докладывать. За те несколько минут до прибытия начальников, я понял, виноват только комбат, лучше бы он не брался за перегрузку или вообще не был на старте. Расчет по -тихонько,  сделал бы работу и без него. Ведь, они сотни раз с грузовым макетом  на время, производили эту операцию. Правда я сам, даже с грузовым макетом, контролировал, отстопорены  ли бугеля ракеты и как легла ракета на ложемент ТЗМ. Вероятно, тогда первая мысль была доложить, что меня то вообще здесь не было ,ничего не знаю, ничего не видел. Ни морально, ни юридически меня никто не смог бы упрекнуть, ведь так оно и было. Но жалко комбата, хороший человек, никогда и ни на кого даже голоса не повышал. Он учился  заочно на 4 курсе Минского высшего инженерного зенитно-ракетного училища, потихоньку писал свои курсовые работы. Начинаю докладывать и выдвигаю версию, мол, виноват один узел ПУ, т.е. техническая недоработка. Выдвинув эту версию, я еще не соображаю, что возможно становлюсь главным виновником этих событий.  Хотя в лейтенантские годы  полковника таких  ПУ не было, но он понял мою мысль и говорит. Значит, плохо проводились регламентные работы и уже сурово, можно сказать гневно, когда последний раз проводили техническое обслуживание этого узла. Я докладываю,  что технический узел не обслуживается, он отрегулирован на заводе, мы только периодически производим смазку  его механических частей, находящихся снаружи ПУ. Полковник внимательно слушает и, не снижая суровости, говорит, давай лейтенант техническую документацию. Я бегом в секретку, благо все рядом, метров 300 лесом. По дороге обратно пролистываю, все виды технического обслуживания, знаю точно, что узел не обслуживается, но кое- что не железное. Вручаю полковнику книгу со всеми видами регламентных работ. В обволовке повисла тишина. Все в напряжении, ведь если я не прав, они виноваты в бесконтрольности, а значит и в случившемся. Полковник, прочитал все до конца и дает мне команду. Раз узел не обслуживается, должны быть заводские пломбы, вскрывай  технологические люки для доступа к узлу и всему, что с ним связано. Поняв, что сам попал в капкан, поднимаюсь на ПУ и дрожащими руками начинаю откручивать винты технологических лючков. В голове только одна мысль, были бы на месте заводские пломбы. Дело в том, что ПУ на дежурстве с 1968 года, т.е. 2 года до меня и уже почти 3 года при мне. Вдруг кто- то случайно сорвал пломбы, тогда конец. Версия моя, я отвечаю за БГ ПУ и я самый главный виновник . Комбат и остальные будут отвечать уже только за бесконтрольность. Вскрываю один люк.  Осматриваю, пломбы на месте, проволока  целая, все под заводской красной краской. Вскрываю второй люк, осматриваю и выдох облегчения, картина та же. Сверху ПУ докладываю, готово, все в порядке. Полковник сам поднимается по стремянке (которую ему заранее принесли) на ПУ и внимательно осматривает и на ощупь проверяет пломбировку. Затем он спускается с ПУ и говорит, ну что ж эту версию и будем докладывать командующему. Все вероятно с облегчением вздохнули, вопрос с причиной был снят.  Теперь оставалось решить главное, как снять ракету с ПУ. Вероятно за всю историю Войск ПВО страны по ЗРК С-200,никто и никогда не снимал ракету таким образом. Все делалось впервые. Потом двое суток армейская бригада инженеров, совместно с офицерами технического дивизиона перебирали ракету. Стяжная лента была взята даже с боекомплекта, находящегося на хранении.  К приезду Маршала Москаленко,  ракета лежала на ПУ. Не знаю, кто сопровождал Маршала Советского Союза в машине, но они проехали  тихонько, не останавливаясь по нашему старту, в том числе и под  этой ракетой .  Я не думаю, что командующий 2 ОА ПВО, а может быть и представитель Главного штаба Войск ПВО страны, рассказывал Маршалу о драматических событиях 3-х дневной давности на этой ПУ. Я это написал не для красного словца. Я хотел, рассказать к чему приводит низкая практика руководителя работ. У меня  в августе 1978 года  вообще никакой практики по технологии 13 команды не было. Что то, знал, что то, умел, но этого было недостаточно, чтобы быть начальником 13 команды. Но я был назначен, а значит, надо было работать.

Но опять возвращаюсь к теме кадров, вернее, к чехарде с ними.

Допустим первое. В 13 команде нет достойных к назначению начальником команды. Но тогда вопрос, где  же капитаны, не считая так, называемых, не перспективных.  Куда они пропали. Оказывается, все они ушли с повышением  в управление. Начальник команды снят с понижением в должности еще в феврале месяце. Исполняющим обязанности начальника  назначен все тот не перспективный капитан Пантелеев Анатолий Денисович, подготовивший к запуску не один десяток РН 11К69,подготовивший плеяду все тех же инженеров испытателей, но при этом сам, оставаясь вечным капитаном.

Допустим второе. В 13 команде все 8 капитанов на месте, на своих местах, а назначать все равно не с кого. Тогда почему не назначают из других команд 11,12,14, все же одна группа. По штату в 1 группе было 20 капитанских должностей. В августе 1978 года в группе было 8 капитанов и все те же не перспективные, из них 4 в 13 команде и 4 в 11,12,14 вместе. Другими словами в группе не было ни одного капитана с высшим образованием в должности начальника отделения. Эти так называемые не перспективные и по группе назначались ответсвенными, вместе с нами начальниками команд.

Если бы группа блистала успехами, ну хотя бы не было тех вопиющих недостатков, я бы понимал. В группе 7 майорских должностей, а капитанов 20,всем не хватает, а служебный рост для офицеров святое. Но я сужу по своей 13 команде. Воинская дисциплина на низком уровне, о ЧП в команде, где только не говорят. Ротное хозяйство запущено, мой прием должности вместо 3-х дней затянулся на месяц. Долго не могли разобраться, где 200 простыней (запущен учет), где мебель, которой служить еще и служить, где 2 полушубка, которые, кто то получил на команду и многое еще. В  5 сооружении, МИКе части, птицы летают по залу и многое другое. 2 начальника команды сняты с понижением в должности. И при всем при этом начальники отделений в звании капитан переводят с повышением, я думаю, ушли бы все, но не было просто поплавка, у учителей ушедших ,Пантелеева А.Д. Савишина В.П. Самарина А.И. и др. что  остались. С попустительства, в первую очередь уходящего в управление начальника группы ,переводились даже старшие лейтенанты, инженеры отделения.  Прежде, чем написать об ушедшем в управление ст. лейтенанте, напишу, как я пытался уйти в управление.                                                                          Пробыв в должности начальника 13 команды полтора года, думаю,  хватит, пока еще все не забыл пора в управление. В отделах нашего управления  служило 10 моих однокурсников по учебному отделению Можайки, как я говорил 10 умных и 2 “дурака”, я и Володя  Розанов в части.  Один однокурсник договорился с начальником отдела, прихожу на собеседование. Собеседование прошло успешно, начальник отдела говорит, хорошо, я беру вас в отдел. Последний  вопрос , как вы характеризуетесь в части? Себе давать характеристику как то не принято. Говорю, как вам сказать, по итогам года, награжден грамотой начальником полигона. Полковник тогда говорит, нет, вас не отпустят с должности начальника команды, а мы не можем выходить с ходатайством. Командиры частей уже жалуются, что мы забираем перспективных офицеров. Я говорю, товарищ  полковник, а если  я решу этот вопрос командиром части. Он говорит, тогда без проблем, приносите рапорт, подписанный командиром части.  Вдохновленный, окрыленный   ближайшей перспективой службы в управлении прихожу в группу. Докладываю Вячеславу Васильевичу Кравченко о состоявшейся беседе с начальником отдела и подаю рапорт, с просьбой о переводе меня в управление. Вячеслав Васильевич говорит жалко тебя отпускать, но ты заслужил и тут же при мне подписывает рапорт на имя командира части со своим ходатайством. Через несколько дней Вячеслав Васильевич говорит, Михаил Антонович, твой рапорт командир не подписывает. Ладно, говорю, и на том спасибо, что вы не возражаете.  Официально записываюсь на прием к командиру. В установленный день и час прихожу к командиру, там  сидят , как положено все заместители командира части. Юрий Иванович говорит ,вы будете в ближайшее время выдвигаться в части на новую должность. Разговор уже давно шел, что для многочисленных задач, решаемых 13 командой ,будет скоро создана новая группа. Мои предшественники и я  решали эти задачи силами команды , а теперь их будет решать целая группа в т.ч. подполковник и 6 майоров. Я уже слышал, что якобы меня планируют назначить начальником штаба этой группы. Я с таким назначением в душе был не согласен. Нет , не потому, что меня не назначают начальником группы(потом будут предложения  и 1 и 5,и даже кортик обещали).Мне до майора  еще больше года, а до подполковника 5,кто же пойдет  в нашей части начальником группы, на такую длительную перспективу. Может быть, если бы в управлении не служили мои однокурсники, было бы психологически легче служить в части. А так, как тот говорил капитан из ВА им. Куйбышева, я вообще не хочу служить в вашей части, а я и в других тоже. Зачем мне этот начальник штаба группы, если я не хочу иметь длительную перспективу службы в частях. Когда я шел на прием, у меня теплилась надежда в душе, что командир выслушает меня и все-таки  подпишет рапорт. Уже на одном из первых совещаний с офицерами командир сказал, путь в управление, только через команду. Начальником команды по сравнению с другими я был недолго, но ведь за что -то командир представил меня к награждению грамотой начальником полигона. Я думал, меня выслушают, войдут в мое положение, что у меня и дома не все в порядке со здоровьем членов семьи и отпустят. Но когда прямо в лоб мне сказали, о каком -то выдвижении, я  тоже в лоб высоким тембром говорю, кем, начальником штаба новой группы? И не переведя дыхания, продолжаю, так я заранее докладываю, я не согласен на такое выдвижение. Все молчат. Юрий Иванович ведь тоже был крутого нрава. Разговор шел на повышенных тонах. Я однажды уже имел  с командиром разговор. Об этом я напишу немного ниже. В тот момент я подумал, жалко грамоту не взял , сейчас бы положил командиру на стол. Расстался с командиром со следующими  словами, будете, чуть ли не вечным начальником команды. Ну, думаю, поговорил и вопрос не решил и с командиром отношения  испортил. Ведь командир хотел как лучше, это я понял позже, а тогда встал в позу.   Но вернусь к ст. лейтенанту, ушедшему в управление. Как то , уже будучи  ЗНШ  разговорился с одним офицером (дети вместе учились в школе) и узнаю, что он служил в к 13 команде, на год моложе меня. Спрашиваю, начальником , какого отделения ты был, я же был начальником 13 команды. Нет говорит он ,  я  начальником отделения не был, я был инженером отделения капитана Пантелеева А.Д. Ни фига думаю, какой карьерный рост, минуя капитанскую должность, старшим лейтенантом на майорскую, да еще и в управление, без личного состава. Действительно космический рост, как будто в космос 2-м слетал. Хотелось сказать ему, ну ты бы хотя в знак благодарности начальнику группы, начальнику отделения в 5 сооружении ,за которое отвечал капитан Пантелеев А.Д. дверь починил, а то мне, приехавшему с престижного места под Минском, с Можайки,  пришлось это делать. Но ничего,  как в той сказке, я конечно не сказал, а только подумал и вспомнил себя старшим лейтенантом.

Многие считали должность начальника команды не престижной. Для меня, честно скажу, она тоже престижем не была, особенно должность начальника 13 команды, имеющей столько проблем, столько закрепленных сооружений, самое главное находящихся на виду, сколько не было ни в одной команде. В некоторых сооружениях 90 площадки даже я не был, а в 5 сооружении были и начальники и даже во время подготовки к запуску, личный состав других групп. Я опять вспоминаю службу под Минском. У нас сооружений вообще не было. ПУ под чистым небом, кабина управления стартом в капонире, кабина - КП дивизиона в капонире,  РПЦ на возвышенности, под чистым небом. Для командиров всех уровней задачи ремонта не стояли. Сооружения были только в техническом дивизионе, где хранился боезапас на период боевых действий. Ответственность за поддержание техники в БГ, конечно была высокая. Но у нас в ОИИЧ тоже была не меньше, а может быть даже больше. Это хорошо, что все хорошо заканчивалось, а то никто и никогда не вспомнил бы, что по ночам и выходным дням, что -то красили и т. д. Так вот своего майора я получил бы собирая грибы, подберезовики и подосиновики на своей стартовой позиции, возможно даже раньше на 2 года.

Получив летом того памятного 1973года старшего лейтенанта, я подал рапорт на поступление в ВА им. Говорова (за целину разрешили раньше срока). Командир дивизиона, прежде чем подписать рапорт говорит. В следующем году твой комбат заканчивает обучение и мы его переведем (вероятно , свежи были еще события конца марта). У комбата, между прочим, брат служил в штабе 2 ОА. Подумай, или учеба в академии или майорская должность командира стартовой батареи. Его заместитель, закончивший ВА им. Говорова, и присутствующий при разговоре, потом наедине сказал, не слушай его. Сам знаешь, бригада придворная, место хорошее, пришлют какого  то, капитана с поплавком, а тебя кинут. Не посчитаются и с мнением командира дивизиона. Помнишь, как кинули меня с должностью командира дивизиона, не посчитавшись даже с мнением комбрига. Он имел в виду как раз командира дивизиона, приехавшего с севера по замене, но что -то не сработала, какая- то цепочка. Пока к тебе нет замечаний ,и разрешают, иди и учись, должности  от тебя не уйдут. Я выбрал учебу в ВА им. Говорова. Для Пантелеева А.Д. я был, вероятно , тем самым капитаном с поплавком, разница только была в том, что я приехал не в престижный район, а из престижного, транзитом через Ленинград. В  ВИКИ  им. А.Ф.Можайского я оказался случайно. Дело в том, что в  ВИКА им. А.Ф.Можайского в 1973 году поступил мой друг. Он приехал за вещами и расчетом счастью. Посидели, поговорили (оба были холостяками) ,за разговором друг говорит, зачем тебе какой то Харьков, давай в Ленинград. Переписал рапорт пошли к командиру группы дивизионов, за него был начальник штаба, мой первый командир дивизиона. Опять , по сидели, поговорили, и он говорит, ладно давай новый рапорт. Так я оказался в Можайке,  которая к тому времени стала ВИКИ, там потом решали на какой факультет направить. До сих пор не знаю, кто из троих был прав. Одно точно знаю, поступи я, лучше на заочное отделение в свою академию, служил бы долго, а может быть и до конца службы, в престижном районе под Минском, а может быть и в самом  Минске. А это, по отзывам офицеров, было мечтой многих. Я тоже предпринимал некоторые попытки перевестись в Белоруссию. Уже находясь в Подмосковье, в первом отпуске пошел на прием к командиру корпуса ПВО. Выслушав меня, он сказал, мы возьмем вас, но кто будет делать приказ МО СССР, у вас есть такой человек. Я  сказал, что нет, тогда ничего сделать нельзя. Только приказ МО из вида в вид ВС. Я тогда в спешке и забыл, что в этом вопросе мог бы помочь Дмитрий Дмитриевич Маслюков. В Подмосковье, я с ним часто встречался. Дмитрий Дмитриевич  при каждой встрече спрашивал, есть ли какие вопросы. Я всегда говорил нет, все нормально, не хотелось загружать своими проблемами.

Вторую попытку сделал уже 1992.Обратился с рапортом к Председателю Верховного Совета РБ Шушкевичу С.С.(он тогда был с функциями президента). В рапорте правда поставил несколько условий, чего в армии, конечно ,никто не любит.                                                                                               1.Мое письмо не использовать в пропагандистских целях. Мне под Москвой очень хорошо. Служба не в тягость,  З– х комнатная благоустроенная  квартира, жена работает методистом ГОРОНО, дети учатся в престижных школах, сын выпускается.                                                                        2.В белорусском лесу, в степях Казахстана я уже служил, поэтому, не ниже областного центра. 3.Вопрос нужно решить в ближайшие 3 месяца, так как сын поступает в военный ВУЗ  РФ.              Ответ пришел быстро,  правда ,из управления кадров еще Белорусского Военного округа, на  типографском бланке газеты» Во славу Родине”. Было на машинке вписано только имя отчество. В связи с выводом советских войск из Западной Европы в Белорусском военном округе произошло перенасыщение с офицерскими кадрами. Вы внесены в базу данных. При наличии вакантной должности, вам будет сообщено.                                                                                                                 Подпись начальник управления кадров БВО генерал-майор Фомин.

Хотел написать и сказать господин генерал, я обращался к высшему руководителю государства рассмотреть вопрос службы в  ВС  этого государстве, а не в вашем округе. Потом подумал, только конверт испорчу, тебе что, плохо здесь. История имела продолжение, как то в Москве на проходной банка, где я работал, встретил одного, как он говорил полковника. Он пришел по поводу работы в Банке,  кстати, не взяли. Пока он ждал приема, начали разговаривать, выяснилось, что он служил в Минске в управлении кадров БВО. Я говорю ,так вы один из тех, кто палец о палец не ударил по поводу моего обращения. Если бы вы захотели, то я думаю, много было бы желающих служить на моем месте, даже в управлении округа, можно было просто произвести обмен. Правда , слава богу что вы не пошевели пальцами. Но  все равно говорю , вы там все  были негодяи. Он действительно подтвердил, что обращений было много, и они рассылали ответы на типографских бланках. Это еще раз  подтверждает  мои выводы о работе кадровых органов.                                                                                                                                        Несколько эпизодов из жизни начальника 13 команды.                                                                                           Находясь на должности начальника 13 команды, меня как то вызывает замполит части Николай Иванович Отводенков,  это был очень опытный политработник. Николай Иванович говорит, Михаил Антонович,  я решил на базе вашей команды провести показное занятие с начальниками  команд, групп, командирами отдельных подразделений по подведению итогов работы в команде. Ваша задача, совместно с замполитом команды подготовить и методически правильно провести это занятие. Указания начальника, закон для подчиненного, ответил, есть и вышел.  Ушел, а сам себе думаю, нашли лучшего методиста! Полгода в должности! Вот есть начальники команд майоры, капитаны 3 ранга, по много лет в должности им и флаг в руки! А я без году неделя в должности и на тебе, показное занятие. Надо сказать, что я с Анатолием Ивановичем, постоянно проводили подведение итогов работы с командой в целом и по категориям, сержантами и офицерами. Не знаю методически грамотно ли, хорошо ли, в общем как умел, так и проводил, как научили мои командиры под Минском. Но одно дело проводить без посторонних глаз, иногда можно и крепкое словцо употребить, а  тут придет и будет, оценивать и смотреть столько глаз, да еще и не все доброжелательно. Доложил  о поставленной задаче начальнику группы Кравченко В.В., замполиту группы Александру Васильевичу Левченко. Сел с замполитом команды Анатолием Ивановичем и говорю, нам оказана высокая честь, провести  показное занятие. Ну, тебе Анатолий Иванович, понятно, не первый год в должности. Ну а мне то, почему такая   честь. Мне бы самому, поучиться,  у кого  ни будь  методическим приемам, а надо проводить  с должностными  лицами, которые не один год в должности. Мне как то даже неудобно выступать в роли,  обучающего, многие ведь будут и недовольны. Поэтому подвел итог разговора, я не буду строить занятие как обучение, а просто будем проводить, как обычно проводим.  Ты выступаешь по таким то вопросам, я по таким. Подготовь, пожалуйста, только несколько наглядных плакатов. На том и решили. В установленный день и час в группу прибыли должностные лица, для которых и проводится это показное  занятие. Надо сказать, аудитория  собралась большая, с трудом рассадили. Не знаю, методически  правильно ли я  проводил это занятие или нет.  Не знаю. Волновался или нет? Конечно, волновался, ведь  на тебя смотрят не только более сотни глаз подчиненных, но более полусотни глаз ,которые пришли смотреть, оценивать это показное занятие. 9.02 1979г в служебной карточке поя вилась запись, Благодарность от заместителя командира по политической части за то показное занятие.                                                                            Не   могу не вспомнить следующий эпизод из жизни начальника команды. Как то командир части сделал замечание, что около 5 сооружения высокая трава, т.е. территория не опрятная. Косы, конечно, в команде   не было, хотя трава росла и раньше.  Пошел в КЭС и говорю мичману Балуеву (кстати ,стоящему на штате -старшиной 13 команды), выпиши на команду косу. Кос на складе не было, и мичман говорит, купи косу в Новоселе, представь чек, и тебе оплатят. Надо было сказать, вот ты старшина команды, ты и должен покупать. У меня вас трое, прапорщиков, ты в КЭС, другой в секретке, третий говорит телеметрист,  и может быть он и прав. Ты не только должен купить эту косу, но и скосить и доложить мне. Мало того, ты должен сидя в кресле начальника КЭС привести в порядок учет мебели, а по  - хорошему, так и учет всех материальных средств, ведь ты старшина команды, хозяйственник. Ты  ведь, стоишь на самой высокой тарифной сетке, у тебя должностной оклад выше моего.  Но я, имея на штате 3-х прапорщиков, вынужден идти сам, больше некому. Одни старые, другие молодые. Ладно, думаю, оплатят или нет, надо чем - то косить.  Сходил в магазин Новосел, там тоже кос нет.  А трава то растет!  Не помню, то ли я дал команду любым способом убрать траву, то ли Пантелеев А.Д.  Траву убрали путем перекапывания, не помню под чьим руководством, но не под моим же. Приезжает командир и тут, началось! Сначала “эпитеты” выслушивал я.  Я доложил, что на складе кос нет, в Новоселе тоже нет. Не ехать же за косой в Алма-Ату или Ташкент. Тогда “душевный” разговор перешел на Пантелеева А.Д.  Ему Юрий Иванович  сказал, ну Куропацкий  молодой, на полигоне недавно. Но вы чем думали?   Ведь теперь вся пыль будет в 5 сооружении на ракетах и оборудовании  (а действительно, чем думали). Я, конечно, мог промолчать, но когда ругают подчиненного в твоем присутствии ,то это значит, что продолжают ругать тебя. Чтобы, каким-  то образом прекратить этот “душевный” разговор, я говорю. Товарищ полковник, в других частях начальники команд ордена получают, ну хотя бы дефициты покупают без очереди, а в нашей части только одни е…ки. На этом воспитание и обучение и молодого и старого капитанов закончилось.  Приезжаю в группу, начальник группы говорит, Михаил Антонович, на группу дали ковер  1,5х2  метра, командование  группы решило дать его твоему Степанову, ты не возражаешь.  Я говорю, какие могут быть возражения, хотя на тот момент у меня не было ни одного ковра. Как то обещал привезти брат, служивший в Германии.  Я иду по казарме и дневальный шепотом говорит ,товарищ капитан, вас к телефону. Я спрашиваю, ты чего шепчешь. Он опять шепотом, командир части.  Я беру трубку, думая, какую задачу хочет поставить мне командир части. Докладываю, капитан  Куропацкий,  слушаю вас  товарищ полковник. Но Юрий Иванович говорит, Куропацкий, я вам даю ковер. Я подумал, что разговор идет все о том ковре и докладываю. Товарищ полковник, мы решили дать ковер Степанову, на что Юрий Иванович сказал. Я не знаю, что вы там решили, я даю ковер лично вам. Я понял, что командир не забыл моего возмущения и ответил, спасибо товарищ полковник.  Так появился у меня первый ковер. Почему я об этом написал? Юрий Иванович, стремился хоть как то отметить труд. Уже, будучи ЗНШ и являясь председателем комиссии общественного контроля, я докладывал командиру о поступивших на часть, все по тому же остаточному принципу дефицитах. Юрий Иванович всегда помнил о начальниках  групп, командирах отельных подразделений   и говорил,  что и кому распределить. Правда, лично он никогда больше никому не звонил.  Других рычагов, кроме прав ДУ у него не было. Он и рад был бы, да не было. Все шло, по какой- то разнарядке, на нашу часть, почему то не доходило. Складывалось  впечатление, что мы и космосом не занимаемся. Не могло высшее руководство страны, не оценивать наши успешные запуски. Вероятно для Главных штабов ВМФ и Войск ПВО, мы были частью, обеспечивающей эти запуски. Все сгорало в верхних слоях атмосферы, т.е. в Москве.  Как то мне пришлось, проходя службу  еще в 4 НИУ разговаривать  с одним подполковником из кадрового органа, находящегося в Москве. Мое личное дело находилось уже у них. Разговор принял нехороший  характер. Подполковник  меня упрекнул, вы моложе меня. На что я ответил, по возрасту может  быть и моложе, но по выслуге нет. Я смотрю у вас ордена и боевые медали, но юбилейных моих нет. Я боюсь, что какой  ни будь скептик подумает , чего это он пишет об этом. Сожалеет, что сам не награжден.  Уверяю вас ,  я совсем не о том. Кстати, проходя службу в тепличных условиях, получил медаль от имени Президента РФ.  В октябре 1986 года полковник Иванов Ю.И., проходя службу в 1 управлении, как говорят на Гагаринском старте, был назначен начальником оперативной группы по формированию новой части. Как то Юрий Иванович зашел к начальнику штаба полковнику Горохову Виктору Николаевичу. Там  как раз находился я, возможно, представлял наши предложения по совершенствованию БД и боевой подготовки. Юрий Иванович говорит, вот я был 4 года командиром части, несущей боевое дежурство, ставил часть на боевое дежурство, руководил подготовкой и запуском десятков космических аппаратов и никто, даже спасибо не сказал. А теперь, несколько лет начальником испытательного отдела и получил боевой орден Красной Звезды и задает вопрос, правильно ли это. Я говорю, а помните Юрий Иванович, мы готовили предложения оценивать труд офицеров по количеству подготовленных и успешных запусков. Юрий Иванович ответил, да кому они нужны были наши предложения , возможно их никто и не читал.                                                                                                                                              Несколько слов о том, как я из несостоявшегося инженера-испытателя, был назначен на   командно-штабную должность.                                                                                                                                                 Прошло несколько месяцев, после моей попытки уйти в инженеры испытатели. Продолжаю служить на команде. Все уже знают, что скоро как таковой 13 команды не будет. Будет группа в составе 3 новых команд. Уже известно и командование группы. Начальник  группы – заместитель начальника штаба части – майор  Орленко  В.Г. ,начальник штаба группы - помощник начальника штаба по режиму - капитан  Дуплякин  В.А., замполит группы, замполит 13 команды - капитан Синчук А.И. ,заместитель начальника группы по испытаниям-  инженер службы вооружения капитан Мордасов В.С. Меня среди планируемых  должностных лиц нет. Мои коллеги, начальники 11,12,14 команд теперь будут начальниками 21,22,23 команд во 2 группе. Новых начальников 11,12,13 команд нет. В группе остаюсь я, но на какой команде не известно. Думаю, если выдержал 2 года, хорошо или плохо руководил 13  командой, то уж одной третьей команды выдержу. Хорошо бы думаю сохранить и номер команды 13,ни тебе испытаний, ни других проблем. Сооружения будут закреплены соответственно.  С такими мыслями в конце апреля уезжаю в отпуск. В конце мая, возвращаюсь из отпуска ,и меня вызывает начальник штаба части Александр Алексеевич Морозов. По рангу своей должности начальники команд не уровень заместителей командира части. Конечно, встречи непосредственно были, дежурным по части или другим служебным вопросам, у кого- то на совместной рыбалке, охоте или других мероприятиях. У меня только служебная необходимость. Александр Алексеевич с присущей ему прямотой спрашивает, пойдешь ко мне заместителем?   Выбор у меня не большой, но ведь никогда не был на штабных должностях, опять все неизвестное, как 2 года назад 13 команда. Докладываю, товарищ подполковник, да я никогда на штабных должностях не служил, кроме как расписания занятий с личным составом команды, да оставаясь за начальника штаба группы ,расписания занятий с офицерами ничего не разрабатывал. Справлюсь ли?  По этим вопросам у тебя, по крайней мере, лучше, чем у других. Последний довод, а как командир части? На что Александр Алексеевич говорит, если я тебя вызвал и спрашиваю, значит, вопрос решен, если согласен командир ждет тебя. Выхожу, думаю, если бы знал, переговорил с майором  Орленко.  Василий  Григорьевич все таки опытный человек, что то подсказал бы, а так приходиться идти не подготовленным ,а идти то 2 метра, даже с мыслями собраться не успеваешь. Захожу, Юрий Иванович встретил очень доброжелательно. Он видел и понимал, что я волнуюсь. Пригласил сесть и повел разговор. Я решил назначить тебя заместителем начальника штаба части.  Далее Юрий Иванович  говорит, но ты знаешь хотя бы, в чем особенность должности, заместителя начальника штаба части?  Откуда я могу знать особенности должности ЗНШ, если я вообще на штабных должностях не служил. Но марку держать надо, начинаю докладывать все, что знаю о штабной работе.  Командир послушал и говорит, кроме этих тебе придется готовить еще много и других документов. Но особенность должности ЗНШ  не в этом.  Я, конечно, не помню весь разговор с командиром, но суть его указаний, рекомендаций, или просто суждений помню, как будто прошло не 32 года, а было вчера. Командир сказал:                                                                                                                                                                                                          1.   Особенность должности ЗНШ в том, что он в любую минуту, он подчеркну минуту,   должен быть готов заменить начальника штаба части. И пояснил, вот Морозов сейчас на месте, через 5 минут уезжает на совещание на 10-ку, заболел, ушел в отпуск и т.д.   ты  должен  быть готов приступить к исполнению обязанностей начальника штаба, немедленно, а для этого ты должен постоянно знать обстановку в части наравне с начальником штаба. Ну а когда плановое отсутствие, там сам бог велел;                                                                                                                                                                                                     2. Начальник штаба единственный из моих заместителей имеет право отдавать приказания от моего имени, а значит, приступив к исполнению обязанностей начальника штаба, по приказу или просто заменяя  начальника штаба, ты получаешь это право как полноправный начальник штаба с вытекающими из этого  правами и обязанностями;                                                                                                 3. Ни когда не подписывай документы, не читая, или в чем сомневаешься. Особенно внимательно читай, подписывая, приказы и приказания. Некоторые могут воспользоваться твоей ошибкой, не внимательностью или просто твоим сомнением и потом будут ссылаться на тебя, как начальника штаба.                                                                                                                                                                                Юрий Иванович  еще долго говорил со мной, в правоте его слов я убеждался много раз. Ниже я приведу только 2,  не значительных примера, но сначала о том, как я вышел от командира.   Вышел и думаю, почему именно меня командир выбрал?  Ведь есть начальники штабов групп, начальники команд, все те же майоры, капитаны 3 ранга. Они и по возрасту старше  и более опытные. Почему именно меня, прослужившего в части всего 2 года, еще капитана, никогда не служившего на штабных должностях,  командир назначает на  эту, довольно ответственную должность? Ответа, так и не нашел. В апреле 1982 года начальник 1 группы подполковник Орленко Василий Григорьевич, назначается начальником штаба  части 93764.Юрий Иванович, уезжая в отпуск, не сказал мне, что он уже доложил генералу Сечкину А.С., что он планирует, мня начальником 1 группы. Как то, подполковник Чуркин Вениамин Павлович, приезжает с совещания от начальника управления и говорит, что принято решение о моем назначении начальником 1 группы. Я отказался, я все- таки думал уйти в управление. Сложилась довольно нехорошая ситуация, решение принято, а я отказываюсь. Если бы Юрий Иванович был на месте, возможно, он убедил бы меня, что я не правильно поступаю. Но его не было, и я отказываюсь, даже после беседы с генералом  Сечкиным А.С. А это конечно было не совсем правильно и корректно, это я понял позже.                                                                                                                                                                   Я писал, что приведу примеры того, как прав был Юрий Иванович в первой беседе с будущим ЗНШ. Как- то раз, начальника штаба не было на службе, и я подписал приказание, как заместитель начальника штаба,  которое касалось и одного из заместителей командира части. Он пришел ко мне и по- хорошему сказал, или ты подписываешь ,приказание как ВРИО НШ, или я его выполнять не буду. Как ЗНШ ты не имеешь права отдавать мне приказания. Он был прав, и я своей рукой зачеркнул заместитель начальника штаба и написал ВРИО НШ. Другой пример, более серьезный. Как то командир части, им был уже Петр Николаевич Андрейко за какой- то вопрос строго спросил с одного из начальников групп. Я был в должности НШ по приказу. В свое оправдание, начальник группы сослался на отданное мной устное приказание. Петр Николаевич вызывает меня и укоризненно говорит, Михаил Антонович, я не ожидал от вас! Как вы могли от моего имени отдать такое приказание? Я говорю, товарищ полковник я нахожусь в здравом уме и твердой памяти, я такого распоряжения не отдавал. Вопрос сам по себе был не такой уж значительный, но принципиальным. Задета не только моя честь, но и честь должности начальника штаба части. Вызвали начальника группы в кабинет командира, он пытался, что -то объяснить, но Петр Николаевич все понял и сказал, вы идите Михаил Антонович. О чем говорил дальше Петр Николаевич, я уже не слышал.                                                                                                                                          Но вернемся к кадровым проблемам. Как можно было держать 42-хлетних  (иногда старше по возрасту командира части) капитанов  на должности начальников отделений. Да они были хорошими специалистами, практиками, можно сказать даже мастерами своего дела, да просто порядочными людьми. Но они давно переросли психологически должности начальников отделений. Разве нельзя было их практический опыт использовать на тех же капитанских должностях в отделе испытаний, службе вооружения. В штабе, тыле, правда, уже были капитаны преклонного возраста. А может, надо было давать не по увольнению, а назначать на майорские должности. Я причину вижу лишь в одном, как это капитан будет старше по возрасту подполковника. Ну не смогли они по различным причинам получить высшее образование. Находясь на других  должностях, я уверен, они бы принесли, больше пользы и им было бы легче и комфортнее. Как можно чувствовать себя на должности, где коллеги приходятся почти в сыновья.  О бездушном, безразличном, отношении (я не знаю даже какие найти слова в отношении)  начальников, кадровых органов , к судьбе, даже жизни офицеров,  говорит вопиющий пример с капитаном Васильевым. Я не буду писать, что произошло с Васильевым, светлая ему память. Но  его с проломленным черепом и вставленной пластиной не нашли куда лучше назначить, как начальником отделения 12 заправочной  команды. Я тогда об этом говорил и сегодня говорю о бездушном, безразличном отношении его бывших начальников и  кадровых органов к судьбе офицеров.  Не могу без сострадания даже вспоминать о том случае. Как могли, инвалида, многодетного отца  назначать с 10 на 95 площадку, да еще начальником отделения заправочной команды. Я не знаю, вернее не помню, почему он не был уволен по инвалидности, возможно, сам, попросил дослужить до какого- то срока, чтобы получать по больше пенсию или вообще возможно не хотел идти на пенсию, ведь у  него,  кажется было 4 или пятеро детей, на иждивении теща. Ничего не могли, вероятно, придумать, как назначить в 12 команду. Я думаю пять сирот, осталось  на совести его бывших начальников на 10 площадке и кадровиков.                                                                                                                                                    Я как то читал один эпизод из кадровой политики  И.В.Сталина, которому, как известно, принадлежит крылатое выражение, Кадры решают все. Так вот И.В.Сталину стало, как то известно, что один из командующих армиями, не лестно выразился в его адрес. И.В.Сталин был протеже этого генерала, и он решил наказать его по- своему. Зная характер этого генерала, И.В.Сталин решил его назначить с повышением, заместителем командующего фронтом, но моложе этого генерала. На таком высоком уровне, возможно, это и не страшно.                                                                                                                            У нас никто конечно и никого не наказывал, просто  должностным лицам, кадровым органам дела не было до какого -то капитана, да еще и без поплавка. Разве может быть начальник команды, намного моложе своего заместителя, начальников отделений. Начальник, на то он и начальник, что должен быть опытнее своих подчиненных. Практический опыт не постигается за классным столом высших учебных заведениях, он достигается жизнью . Надо сказать, что и мне не просто было работать  со своими начальниками отделений, по возрасту равными с бывшими моими начальниками под Минском. Ведь когда я был лейтенантом, мои командиры под Минском  были подполковники ну, в крайнем случае, майоры в возрасте. Я на них смотрел не только как на начальников, но и как умудренных жизнью людей. А как мне надо было строить свои взаимоотношения со своими начальниками отделений?                                                                                                                                          Жаль, что этого не понимают и нынешние руководители, в том числе и государства. Правда на региональном и муниципальном  уровне, они сегодня и руководят  зачастую только своей  администрацией, так как отсутствуют крупные промышленные предприятия, объединения, совхозы и т.д.

Несколько слов еще о превратностях судьбы офицера

·         Как то летом 1982 года ,(Иванов Ю.И.уже вероятно знал о своем скором уходе с части), я ехал с командиром с 95. Перед перекрестком на 2 площадку нас тормознуло оцепление, с 2-ки был запуск. Сидя в машине и ожидая запуска, Юрий Иванович спрашивает меня. Ну что, Михаил Антонович, пойдешь на ВАК (до этого он не подписал рапорт, сказав,  образования у тебя пока хватает). Я говорю, тогда 2 года назад, я пошел бы, а теперь нет смысла, все равно возвращают на полигон,  не важно ,на какую должность. Дале я говорю, своего подполковника я получу  и, не перевозя свои вещи в Москву и обратно. Юрий Иванович, сказал, ну как хочешь. И здесь Юрий Иванович оказался прав. Когда при переводе в Москву, обсуждался вопрос о назначении меня на должность старшего офицера оперативного управления Главка, то причиной  официального отказа, как раз было отсутствие ВАК. Но быстрее всего прав был полковник из этого управления, который сказал, при чем тут ВАК, тебя просто послали…Может зря отказался тогда от учебы. Может быть, зря отказался и от предложенной должности командира части в Крыму (полоса для посадки Бурана). Я сказал тогда, спасибо за доверие, но Крымское солнце не намного лучше Казахстанского и отказался. Может и зря. Часть после запуска Бурана расформировали. Было много чего, может быть зря!!!                                                                                                                           Здесь уместно вспомнить своего деда, Куропацкого  Антона Васильевича-  депутата 1-ой Государственной Думы Российской Империи от Гродненской губернии. Может быть, зря дед и его соратники 3 раза проголосовали против воли царя Николая 2 по вопросу о земле? Сидели бы в Государственной Думе, да получали бы по 10 рублей в день (2коровы). Может быть, и история России не пошла по новому пути. Все может быть. Вместе с  тем,  вспоминая своего деда, я уже многие годы не могу понять, как крестьянин небольшой белорусской деревни был избран в высший законодательный орган огромной Российской Империи.                                                                                                                                      В советское время из этой деревни ни то, что в Верховный Совет СССР, но даже выше сельского совета  никто не избирался. Не под один критерий нынешних выборов Государственную Думу, дед не подходит. Большого кошелька  нет, в партии не состоит, большую должность не  занимает ,губернской известностью,  живя в деревне не обладает. Так почему? Один из выводов, значит  критерии , тогда  и сегодня  разные.  Но этот вывод  не  дает полного  ответа.  Вопрос,  почему именно  мой   дед,  остается. Накануне 100-летия  1-ой  Государственной Думы  подумал,  раз  с  такой помпой,  и с  таким  размахом  Государственная Дума РФ  готовиться  отмечать  это   юбилей, то  и я воспользуюсь  этим,  может  быть,  получу  ответы  на  интересующие  меня  вопросы.  Узнал номер  телефона  председателя  комитета  ГД  РФ, по  подготовке к проведению  этого  праздничного  мероприятии  и позвонил.  Представился,  в том  числе, что вас  беспокоит  один  из  внуков, тех  самых  депутатов, в честь которых вы собираетесь  пить  шампанское  в Таврическом дворце.   Господин  долго искал  списки  той  Думы,  наконец,  нашел, переспросил фамилию.  Вероятно, был  удивлен, что еще  жив  какой - то внук. А что вы хотите?  Вероятно, подумал,  что  я буду  просить,  что  - то  материальное.  Я   говорю,  прошу  помочь  найти  личное  дело  этого  депутата, т.е.  моего  деда  и пояснил,  почему  я обращаюсь  именно к  нему. Моя просьба  вызвала  удивление  этого господина.   Что  хотите  родословную  составить,  да  нет,  говорю,  хочу  понять  за  какие заслуги  дед  был  избран  тогда.  Родословную  я и  так  примерно  знаю,  не  из графьев,   хотя  тоже  что-то, почерпнуть из личного дела,  было  бы  не плохо.  И  господин  начинает  мне  рассказывать, что недавно  он  занимался своей  родословной,  и это  ему  обошлось  4 тысячи долларов.  Я  выслушал и  сказал,  я все  понял,  но  ваш дед  не  был одним  из  первых депутатов  Российской  империи, поставьте в биографии деда  год  смерти  1919, больше от  вас,  мне  ничего  не надо, честь  имею и  бросил трубку.   Если доживу до 110-ой  годовщины той думы, то  вероятно стану на крыльце думы с плакатом, помогите разобраться внуку, за что его дед был избран.                                                                             Говоря  о  превратностях  офицерской судьбы,   и может быть  зря,  не  могу  не  вспомнить   судьбу двух  сыновей деда, старших  братьев  отца, двух  капитанов  Русской  Армии до   1917года, Василия и Ивана. После 1- Мировой они  оба  остались  живы.  Я часто  спрашивал  отца,  на  какой  стороне  баррикад  они были  в  гражданскую войну. Что  мог  рассказать отец.   По  словам  отца,  он  видел  братьев   в  военной  форме только  где  то 1915  или 1916 году, когда  ему  было  7-8лет, когда  братья  по  одиночке  навестили  родителей, находящихся в  эвакуации  в  г. Рыбинске,  Ярославской  губернии.  Отец и про  деда,  т.е.  своего  отца,  как депутата, мог рассказать  только  со  слов старших братьев и сестры, их в семье деда было 8, он родился  позже. Так вот один  капитан, самый   старший  брат  отца  Василий  прожил  до  глубокой  старости,  правда,  я  его  видел  только  один  раз  в  малолетнем возрасте. Показательна  судьба другого  капитана, Ивана, немножко  помоложе  всего на один год своего старшего  брата . Иван погиб в Отечественную. Все-таки  достали  его  немцы.  По его гибели  было  две версии, но дело  не  в  них. По  свидетельству  бывшего  секретаря  обкома  партии, который в  1941 году был  секретарем парткома МТС, он лично  22  июня  1941  года  отправил  тов. Куропацкого  Ивана  Антоновича в Красную  Армию. Но  22 июня  1941  года только в  4  часа  дня  Молотов  объявил  о  начале  войны, еще даже  мобилизация  не  объявлена. Но никто  и  никого и  никуда  не  отправлял (это  бывший  секретарь  обкома и здесь показал руководящую  и направляющую  .., но я его не  осуждаю, он тоже был  участником  ВОВ). О  его  свидетельстве  к сожалению, я  узнал  очень  поздно, а  так можно  было  встретиться в         г .Барановичи   и расспросить  про дядю. Так вот ,по  рассказам  отца, со слов  жены  Ивана  22 июня 1941 года, когда  немцы  начали  бомбить  приграничные  районы, а  жили  они недалеко  от  польско-германской границы, Иван как офицер, сразу понял,  это война. По  словам  жены,  Иван  прощается  с ней, с  двумя  дочерьми,  одна  из которых потом  будет расстреляна  немцами, садится в седло и мчится в районный центр в  военкомат. Окровавленная  лошадь под  седлом к  вечеру  того  дня вернется  домой. Поэтому и была сразу после войны версия, что Иван погиб  от  шальной  пули  или убит  разрывом бомбы. По запросу старшего брата позже, тоже  капитана  был  ответ, что  погиб  под  Сталинградом. Но  дело не в  том, где  как погиб. Дело в  другом. Казалось  бы,  куда  Ивану  торопиться, ему под  50. Он  уже  воевал, свой долг перед  царем и  отечеством уже  выполнил. На  границе  в  Западной Украине уже выполняет свой воинский долг его старший сын Виктор, призванный в сентябре 1940г, закончивший в г. Ровно школу младших командиров. Кстати тоже погибнет, согласно извещению в окружении.  Может быть, не  вскочи  Иван  в  седло  и  остался  бы,  жив.  Ведь  многих  в  Белоруссии, даже  молодых, просто  не  успели  призвать, а Иван может  быть  и  призыву  не  подлежал как “ бывший”. Все  может  быть,  и все  может  быть  зря. НО конечно не зря! Но обидно, когда в год 65-ой годовщины  Великой Победы, пытаясь хоть как то разобраться в судьбе пусть родственника, но в первую очередь капитана, пусть Русской Армии, не советской, получаешь из архива ответ, По личным  обращениям поиск не ведем. Обращайтесь в военкомат по месту жительства. По месту жительства кого? Возможно по месту жительства Иван и в военкомате не состоял, да и военкоматы в Белоруссии были захвачены немцами  уже в начале июля 1941г , многие и раньше.  Вот иногда и появляется первая мысль, а может быть действительно зря. Потом успокоишься  и думаешь, нет, НЕ ЗРЯ!                                                                                               

В заключение очередных страниц своих воспоминаний я прошу вас ,относиться к этим воспоминания, как моим личным воспоминаниям, рассуждениям, оценкам, выводам. Не надо оценивать, как я написал! Если кто- то с чем не согласен, я не претендую на истину. Каждый из вас имеет право на свои выводы и оценки. Я один из вас и тоже  имею  такое право. Я долго думал, а стоит ли вообще размещать на сайте личные воспоминания ?  Я просто вспомнил как это было и как было давно, училище ,белорусский лес, ВИКИ им. А.Ф.Можайского, Невский проспект, Байконур, пустыня,  Подмосковье. Одну из фотографий  на берегу Немана в моем мире я так и подписал. Столько лет пролетело, столько  воды утекло, что даже река обмелела!!! Может быть мои воспоминания, кому то покажутся лишними, все может быть .Просто я хотел подчеркнуть, что нельзя сравнивать службу за трубой, на 10 и службой в нашей части. Как то в одноклассниках увидел это выражение (кажется от Владимира Мохнаткина),служба за трубой т.е. в 4 НИУ. Я служил и там. Также нельзя сравнивать службу, жизнь семей вообще на Байконуре и службой и жизнью семей в Москве, Подмосковье, С.Петербурге. Все познается в сравнении. Лично для меня служившего и в белорусском лесу, вблизи Минска ,4 года жившего в Ленинграде, служившего вместе с вами на Байконуре, сейчас живущего в Подмосковье, самая тяжелая служба была в 46180. Но вместе с тем, я нигде не чувствовал такой хорошей атмосферы в коллективах, с соседями по площадке, по подъезду, по дому. Возможно, мы там все были временно и все мечтали поскорее вернуться на Большую землю, к зелени садов, лесов, полей. Кому то удалось это раньше, кому то позже, а кто то ,находясь в званиях с приставкой в запасе и в отставке, продолжает об этом мечтать.                                                                                                                                    Все мы однополчане, Байконуровцы,  и всем и на всех слава одна!

 
 
Назад к содержимому | Назад к главному меню